Лозунг, придуманный более ста лет назад, как никогда актуален в наши дни. Вспомним несколько ярких фактов, связанных с развитием туризма в Крыму.
О странах незнаемых
В Генуэзской крепости Феодосии находится памятник, к которому могут смело приносить цветы представители туристического бизнеса. Монумент запечатлел образ Афанасия Никитина. Купец-первопроходец ступил на крымский берег после долгих странствий. За шесть лет он прошёл тридевять земель – Закавказье, Персию, Турцию, Индию – и в 1474 году наконец-то очутился среди своих, на русском гостином подворье Кафы. Здесь уроженец Твери завершил работу над книгой «Хожение за три моря» – ярким произведением древнерусской литературы.
Бронзовый Афанасий Никитин осеняет себя крестным знамением: трудный путь благополучно завершён!
Путь на пользу
В 1787 году императрица Екатерина II совершила беспрецедентную поездку из Санкт-Петербурга в Крым, чтобы собственными глазами увидеть новые земли, недавно присоединённые к России. Таврический вояж был первым в мире путешествием, организованным по правилам туроперейтинга. Здесь можно проследить все составляющие VIP-тура. По результатам инспектирования Екатерина назвала Крым драгоценнейшей жемчужиной в своей короне и заложила традицию царских вояжей, способствовавших развитию полуденного края.
Белокаменные «Екатерининские мили» обозначали маршрут следования императрицы.
Воображенью край священный
В начале XIX столетия Крым посетила плеяда творческих людей, ставших первыми таврическими «тревел-блогерами». Путешествие Александра Пушкина приоткрыло просвещённой публике тайны Ханского дворца в поэме «Бахчисарайский фонтан» и «неизъяснимую прелесть» Гурзуфа. Дневник Александра Грибоедова пестрит, как золотыми крупинками, яркими образами Симеиза, Тепе-Кермена, Чатырдага, Инкермана. Записи Василия Жуковского насыщены этнографическими, бытовыми, культурными впечатлениями. Поэт в восторге от национальной кухни.
Таким был Гурзуф в 1820 году, где Пушкин провёл «счастливейшие минуты жизни».
Царица-путеводительница
В 1837 году состояние дел в Таврической губернии инспектировал Николай I. Его сопровождали члены семьи. Когда император и наследник-цесаревич уехали в Севастополь для обозрения флота, милых дам ожидала конная экскурсия по окрестностям Бахчисарая. Успенский монастырь, Чуфут-Кале, обзорная площадка «Маяк» так понравились императрице и великой княжне, что на следующий день, когда Николай и Александр были свободны, мама и дочь выступили в роли экскурсоводов и сами показали мужчинам красоты города-сада.
Древняя церковь Успения Богородицы близ Бахчисарая является объектом must see.
Просвещенья дух
Первыми из рядовых туристов дорогу в Крым проложили студенты. В 1876 году ректор Одесского университета, доктор геологии Николай Головкинский организовал и возглавил коллективную «поездку педагогического характера». 20 старшекурсников добрались пароходом в Ялту и в течение недели изучали геологические достопримечательности Южного берега, знакомились с Никитским ботаническим садом, поднимались на Чатырдаг, исследовали скальные массивы около Бахчисарая. Так было положено начало учебному направлению в туризме.
Памятник Николаю Головкинскому в Профессорском уголке поставлен в ознаменование заслуг учёного.
Радость в каждом шаге
В 1890 году был создан Крымский горный клуб – первая в России официальная туристическая организация. Поборники активного образа жизни разработали в окрестностях Ялты первый в стране маршрут, предназначенный именно для любителей пеших прогулок. Тропа, связавшая «со скал летящий» водопад Учан-Су и «парящую в небе» скалу Ставри-Кая, получила имя Фёдора Штангеева – местного врача, воплотившего в практические дела постулат «движение – жизнь». Позднее проложили ещё одну тропу, названную в честь врача Сергея Боткина.
В начале XX века ялтинское отделение Крымского горного клуба было центром туризма Южного берега.
...и кофе – стаканами
Фишкой горного клуба были экскурсии на гору Чатыр-Даг. Чтобы обеспечить экскурсантам элементарный комфорт и уберечь пещеры Холодную и Тысячеголовую от разграбления, клуб в 1893 году построил рядом с ними стационарный приют. В каменном сарае с железной крышей и простым очагом могли укрыться от непогоды 12 человек. За ночлег и посещение пещер взималась плата, а у сторожа можно было купить продукты. Интересно, что в книге отзывов были пожелания об организации в пещерах печного отопления.
«Не сделать посещения Чатыр-Дагу – есть дело предосудительного равнодушия», – писал в 1805 году краевед Павел Сумароков.
Неизбежные и незаменимые
«Страннику в Тавриде необходимо иметь при себе проводника-татарина, без коего и шагу нельзя сделать, отдалившись от почтовой дороги», – предупреждал автор путеводителя. Местные жители быстро смекнули, что сопровождение туристов может быть хорошим заработком и приятным времяпрепровождением, и в начале XIX века в Крыму сформировалось сообщество обаятельных джигитов, готовых сопроводить хоть на край света богатого клиента, а лучше – клиентку. О любовных драмах на фоне природы ходили легенды.
Бойкие проводники стали яркими типажами курортного Крыма.
В поисках Киммерии
Серебряный век отечественной культуры многогранно отразился в «Киммерийских образах» Восточного Крыма. Академик Александр Ферсман в книге «Воспоминания о камне» рассказал о разработанном им маршруте от монастыря Сурб-Хач близ Старого Крыма до Карадага. Винодел Лев Голицын провёл эксклюзивную экскурсию для Николая II по имению Новый Свет. Гений Коктебеля Максимилиан Волошин с удовольствием показывал гостям виды, которые открываются с береговой тропы из Феодосии, – олицетворение духовности пейзажа.
Многоликая страна Киммерия: «Мои долины, лукоморья, мои полынные холмы».
Турист-активист
Название журнала – официального печатного органа Всесоюзного общества пролетарского туризма – отражает политику партии в отношении туризма в первые годы советской власти. Отныне Крым становился кузницей, ковавшей новый тип человека. Подстёгивало интерес к полуострову открытие Большого каньона. Его обнаружил в 1925 году краевед Иван Пузанов. Статьи о громадной расселине появились в прессе, был снят фильм, и с тех пор любование «скульптурой катастрофы» вошло в обязательную программу пешеходного туризма.
Журнал «Турист-активист» пропагандировал идеи пролетарского туризма.
Музы не молчали!
Тягу к знаниям не смогло истребить даже пламя Великой Отечественной войны. Командир 7-й бригады морской пехоты Евгений Жидилов вспоминает, как в конце лета 1941 года, обустраивая оборонительные рубежи на подступах к Севастополю, он организовал для краснофлотцев экскурсии, чтобы познакомить личный состав с историей первой обороны города в 1854-1855 годах: «В расположение части приехали два лектора-экскурсовода. Они водят матросов по историческим местам, рассказывают о героизме русских людей, отстаивавших Севастополь почти век тому назад».
Вот пойду я в турпоход...
В середине XX столетия туризм в СССР начал бурно развиваться и приобрёл социальную значимость. Детально разработанная система планового туризма включала 10-дневный поход по горам с ночлегом в обустроенных приютах и 10-дневный отдых у моря на турбазе. Бытовые условия были приближены к спартанским, но все шероховатости сглаживали щедрость профсоюза, оплачивавшего до 90% стоимости путёвки, и походная романтика. А возможность окунуться в море воспринималась как заслуженная награда.
При правильной организации инструктор буквально витал в облаках.
Марш энтузиастов
Взрослых и юных любителей активного туризма объединяли клубы разной ведомственной принадлежности. Походы выходного дня и многодневные спортивные экспедиции по всему Советскому Союзу, слёты и соревнования проводились круглый год. Многие мероприятия общественников имели огромный резонанс. К примеру, активисты Симферопольского турклуба – две тысячи человек! – подняли на вершину, где в 1942 году находился партизанский штаб, старинную пушку, сыгравшую важную роль в борьбе с карателями.
Походы выходного дня приобрели большую популярность в советское время.
Брезентовые наши города
Лучшим отдыхом после насыщенного дня были посиделки у костра под перезвон гитары. Булат Окуджава, Владимир Высоцкий, Юрий Визбор... Творчество властителей дум XX столетия связано с Крымом. Так, в песне Визбора «Спутники» звучит:
Между Грином и Волошиным
на последнем переходе мы
возвели шатёр брезентовый,
осветив его костром...
Зная, что автор, профессиональный журналист, очень точен в деталях, можно предположить, что эти строки родились на маршруте, связавшем Старый Крым и Коктебель.
«А мне б дороги далёкие и маршруты нелёгкие, да и песня в дороге мне словно воздух нужна!»
С волненьем и тоской...
Старинные путеводители справедливо называли Крым «Русской Ривьерой» за его климатические особенности, «Русской Троей», вспоминая героическую оборону Севастополя во время Крымской войны 1854-1855 гг., «Русским Афоном» – по аналогии с греческими монастырями – твердынями православия. Эти традиции не прерывались никогда: люди всегда стремились в Тавриду, чтобы насладиться удивительной природой, оздоровиться у моря, проникнуться патриотическим духом, укрепиться в вере. Сегодня эти мотивы приобретают особое звучание.
Текст: Михаил Семёнов
Фото: автора и из открытых источников
