Текст: Ольга Леонова

Русский Гарибальди: крымская история итальянского героя

Джузеппе Гарибальди стоял на носу покачивающейся в волнах шхуны и задумчиво смотрел вдаль на незнакомый берег, виднеющийся на горизонте. Паруса плескались под ветром, волны Чёрного моря ласково накатывали на борт. Уже несколько дней каботажное судно, везущее в Керчь оливковое масло и ткани из Италии, шло вдоль берегов, и Джузеппе были хорошо видны крымские прибрежные пейзажи, даже издали так похожие
на просторы его родины…

Именно так, может быть, начиналась бы книга о том, каким образом нацио­нальный итальянский герой попал в Крым и какую роль его пребывание на полуострове сыграло в судьбе не только Италии, но и России. Но крымские гости – русский Никита Хохлов и итальянка Стефания Дзини (правда, вот уже более 20 лет живущая в России) – не беллетристы, а учёные. И поэтому их научные отчёты хоть и посвящены занимательной теме исследования этногенеза итальянцев в Крыму, но изложены они сухим языком. Сотрудники комиссии этнографии и антропологии Русского географического общества Стефания и Никита уже не первый раз приезжают на полуостров, чтобы изучить корни крымских потомков итальянских переселенцев и ответить на вопросы: почему они выбрали Крым и что в нынешних крымчанах, чьи прабабушки и прадедушки говорили на романском, осталось от апулийцев, тосканцев и лигурийцев.

Italiano vero

В первой трети XIX века в Крым прибыли несколько десятков семей итальянцев, принявших российское гражданство и оставшихся жить на полуострове. Они преимущественно были моряками, занимающимися каботажными перевозками. Их интерес к российскому Крыму понятен – это были поиски лучшей доли и своеобразное торговое открытие новых земель. Ведь по законам того времени для каботажного плавания были полностью открыты все порты. Более того, если итальянцы, приезжавшие на юг Российской империи – в Тавриду, принимали российское подданство, они могли свободно покупать, продавать и арендовать землю, что было запрещено иностранцам. Предметами вывоза торгового флота являлись рожь, отруби, овес, жмых, крымская соль, металл, лес. Ввозили спиртные напитки, ткани.

Итальянские семьи в Крыму обосновались в основном в районе портовых Феодосии и Керчи, построили дома, католические храмы, привезли семена нового для Тавриды сорта помидоров, а также свою средиземноморскую смуглость, страсть к пасте и мелодичный язык.

Следы пребывания итальянских переселенцев в Крыму Стефания и Никита ищут в архивах (причём не только крымски­х) и среди стёртых плит крымских кладбищ. А ещё – в ДНК потомков итальянских родов, которых сейчас на полуострове проживает около трёхсот. В последнюю этнографическую экспедицию у крымских итальянцев взяли оттиски челюстей, слюну и буккальный эпителий. Все образцы для дальнейших исследований повезли в Москву, в Институт антропологии. Исследование дорогостоящее, но очень интересное, способное дать неожиданную разгадку тайны: откуда же всё-таки родом крымские итальянцы – с севера Апеннин или с юга.

Никита и Стефания говорят, что аналогичные антропологические образцы будут взяты и у чистокровных итальянцев – обитателей тех провинций, откуда, по рассказам крымчан, и прибыли их предки. Также учёным предстоит трудоёмкая, но захватывающая работа – на этот раз в различных итальянских архивах, а также в знаменитом и труднодоступном архиве Ватикана, хранящем множество секретов.


Крым Гарибальди

Ответ на самый волнующий вопрос Никита Хохлов хочет найти именно в ватиканских архивах. Этот вопрос – роль Крыма в судьбе национального героя Италии Джузеппе Гарибальди.

С 15 лет Гарибальди служил моряком на торговых судах, ходивших в Средиземном и Чёрном море. В апреле 1833 года шхуна «Клоринда», капитаном которой он был, зашла в Таганрог. Здесь Джузеппе вступил в тайное общество «Молодая Италия», ставившее своей целью освобождение его родины от австрийского владычества и установление республики. Именно там Гарибальди поклялся отдать жизнь борьбе за свободу Италии. «Клоринда» никак не могла миновать Керчь. А ведь в этом крупном портовом крымском городе одно время действовало консульство Сардинского королевства, и возглавлял его дядя героя – Антонио Гарибальди, скончавшийся в 1846 году и с большим почётом похороненный на городском кладбище.

Никита и Стефания в одном из архивов нашли документ, под которым стояла подпись русскоподданного Джузеппе Гарибальди. Но тот ли это Гарибальди или его тёзка?

Стефания Дзини

Вместе с тем уже достоверно известно, что родственники итальянского борца за свободу были равномерно «раскиданы» между Бердянском, Таганрогом, Феодосией, Керчью и Одессой. И есть указания, что некоторые из них бежали из Италии по политическим мотивам. В Крыму жили двоюродные братья Джузеппе, которых Гарибальди навещал и подолгу гостил в их домах как раз в конце 1849 года – года поражения итальянской революции.

Каким образом на мировоззрение Джузеппе повлияли крымские масонские ложи, средоточием которых на полуострове являлась Феодосия, кто был революционным учителем Джузеппе, был ли он подданным Российской империи и финансировали ли русские итальянскую революцию? Это пока только вопросы. Но задача настоящих исследователей – найти на них ответы.

Если окажется, что итальянский революционер по паспорту был русским, это станет научной сенсацией, считают Никита и Стефания. Никита убеждён: крымское «сидение» Гарибальди – это плацдарм для его дальнейших действий. Именно в Крыму он нашёл соратников, единомышленников и дальнейшее прибежище – США. В старинных отчётных книгах пароходства сохранилась запись о купленном на имя Джузеппе Гарибальди билете на судно, следовавшее из России к берегам Нового Света. Впоследствии именно в Америке Гарибальди познакомится с Александром Герценом – одним из глашатаев русской революции. Чуть позже, будучи в гостях у Александра Ивановича в его лондонской квартире, Джузеппе произнесёт тост за освобождение России от императора.

Никита Хохлов

Никита и Стефания, как бусины на нитку, нанизывают факты о гарибальдийстве в России: знакомство Джузеппе с Николаем Пироговым и Дмитрием Менделеевым, достоверная информация о том, что итальянские архитекторы, возводившие крымские южнобережные дворцы, вводили в их отделку масонские символы, а также что в так называемой гарибальдийской тысяче было около 30% русских…

Все эти бусины пока рассыпаны, и цель исследователя – выстроить их в одну линию.

Интересно и то, что со временем первые итальянские семьи, прибывшие в Крым, сменяются другими. Перед Октябрьской революцией многие эмигранты возвращаются на родину, а их место занимают другие роды, впоследствии составившие костяк знаменитой в Крыму артели имени итальянских рабочих Сакко и Ванцетти.

В 1929 году на полуострове насчитывалось около 800 итальянцев с итальянским гражданством и в несколько раз больше итальянцев по крови. Они за свой счёт содержали не только национальную общину, но и начальную итальянскую школу. И численность переселенцев росла за счёт прибывающих итальянских коммунистов и антифашистов.

На дне

Но всё обрывается с началом Великой Отечественной войны. В январе-феврале 1942 года итальянское население было полностью депортировано из Керчи якобы в интересах государственной безопасности. Первоначально депортируемых планировалось выслать вслед за немцами в 1941 году. Но не успели: в ноябре 1941-го Керчь была оккупирована. Задуманное осуществили через месяц после первого освобождения города. В конце января – начале февраля итальянские семьи сажали на суда, везли на Кавказ, а затем в Среднюю Азию. Первая баржа, только отошедшая от берега, затонула недалеко от керченской бухты на глазах у местных жителей. Ледяная вода и сильное течение не оставили людям шанса на спасение – никого в живых не осталось. И погибшие, возможно, унесли с собой ответ на вопрос, почему Крым так полюбился выходцам с Апеннин и почему Россия так радушно принимала моряков итальянского торгового флота.

Интересное по теме

Подзаголовок по теме