Сделано
в Крыму

Корабли и подводные лодки севастопольского мастера дарили Леониду Брежнев, Фиделю Кастро, Михаилу Горбачеву, и Джорджу Бушу старшему

Главком модельного флота

Корабли и подводные лодки севастопольского мастера дарили Леониду Брежнев, Фиделю Кастро, Михаилу Горбачеву, и Джорджу Бушу старшему

текст и фото: Михаил Ашветия

За полвека своей судомодельной карьеры Владимир Гуров создал более 100 уменьшенных копий кораблей ВМФ СССР. Его модели украшают флотские музеи в Калининграде, Санкт-Петербурге, Москве, Севастополе и Владивостоке. Военные моряки уважительно называют Владимира Петровича адмиралом судомодельного флота. Корабли, которые он сам проектирует, строит и спускает на воду – по сложности не имеют аналогов в судомодельном мире. Они построены для военных игр и обучения морскому делу. При Петре Великом их назвали бы «потешным флотом», а в современном Севастополе его флот и после распада Советского Союза называли «неделимым».

Ювелирная работа

Увидеть корабли Гурова в действии публика могла раньше на праздниках ВМФ в Севастопольской бухте. Модели подводных лодок и крейсеров – длиной 2-3 метра и весом под 150-200 кг — маневрировали на морских волнах и стреляли залпами цветных ракет. Владимир Петрович в парадном мундире капитана I ранга командовал эскадрой на берегу с пультом радиоуправления…
Его «военно-морская база» расположена в Инкермане. Этот неприметный 2-этажный дом с нескончаемой стройкой, который превращен хозяином в мастерскую и музей. Большинство комнат заставлены готовыми кораблями и моделями, над которыми Гуров продолжает работу. Значительную часть его флота собрали под одной крышей – в военно-морском музейном комплексе «Балаклава». Моряки, с особым пристрастием разглядывая их, отмечают доскональную схожесть с прототипами – на моделях масштаба 1:50 и 1:75 буквально учтены все мелочи. Работа по-настоящему ювелирная – для создания корабля требуется 20-30 тысяч деталей! Например, только для одной трубы на «Пытливом» пришлось сделать 876 деталей, для главного калибра крейсера «Москва» — около 300, а для антенны – около 1000.

Его «военно-морская база» расположена в Инкермане

Это неприметный 2-этажный дом с нескончаемой стройкой, который превращен хозяином в мастерскую и музей

— Раньше на изготовление подводного атомохода или надводного крейсера у меня уходило год-полтора, — рассказывает мастер. – Сейчас я на пенсии – времени больше и опыта, поэтому справляюсь от цикла «стапелей» до спуска на воду за три-четыре месяца. Сначала пишу на листе тактико-техническое задание, затем подбираю механизмы и делаю этюд. Потом собственно конструкторская работа. Для подводных лодок нужно рассчитать центр тяжести, определить вес используемых механизмов, установить необходимый объем балластных цистерн… Корпуса я делаю из стеклоткани и эпоксидной смолы, после того как уже готова матрица надводной и подводной части. Ну и дальше все руками – выклеиваю и выпиливаю отсеки, чтобы были учтены мельчайшие подробности. Мои подводные лодки погружаются и всплывают, могут дать залп из установленных ракетниц. Вот на «Тайфуне» — вес атомохода составляет порядка 120 кг — у меня 20 ракетных шахт, и она стреляет цветными ракетами. И тут ведь никакой электроники нет, все по старинке — на электро-механических программах.

Первая липовая

Однажды Владимир Петрович чуть не стал богачом в одночасье. Наши корабли в 1980-х с дружественным визитом заходили в Югославию, на одном из боевых кораблей Владимир Петрович демонстрировал свои модели. Представители солидной кораблестроительной компании увидели гуровские произведения и были потрясены. На следующий день ему предлагали умопомрачительный контракт на изготовление моделей их судов – тоже с радиоуправлением для рекламных целей. Сумма в долларах исчислялась пятью нулями. Но Гуров, извинившись, отказался: «Служба, понимаете ли…»
Кстати, самая первая модель у Гурова была липовой. Детство его прошло вдали от морей – в Пермском крае и он видел только баржи и теплоходы на Енисее. Из липы речной теплоход и вырезал. Позже уже курсантом в питерском училище подводников и во время службы на атомной подлодке Тихоокеанского флота модели делал по памяти и картинкам из журналов. Когда же его талант признали на всем ВМФ СССР, получил допуск главкома к секретному делопроизводству и уже мог пользоваться настоящими чертежами.
Но не только моделями ограничивалось увлечение Гурова. Будучи преподавателем в Севастополе у будущих инженеров атомных подлодок, он абсолютно бескорыстно, как это у нас раньше водилось – на общественных началах, создал там лабораторию морских тренажеров. Все придумывал сам. Учебный центр был признан лучшим на ВМФ СССР, но после распада страны украинское командование к его приборам интерес утратило, и база захирела.

Портфель от Брежнева

Ювелирное мастерство, с которым Гуров на досуге создавал модели советских кораблей, его командиры заприметили еще в Ленинградском высшем военно-морском училище подводного плавания им. Ленинского комсомола. Сначала курсанту стали заказывать сувениры к юбилеям флотоводцев, а потом его золотые руки понадобились и на самом высоком командно-партийном уровне. Владимиру Петровичу поручали ответственные миссии – разработку и изготовление подарков, которые от учебных заведений или флотов вручали людям, кораблям и съездам – ВЛКСМ, КПСС (от XXII по XXVII включительно! – прим. авт.) Среди особо памятных дарений мастер выделяет сувениры к 55-летнему юбилею «Авроры» и 70-летию «дорогого Леонида Ильича».
— Подарок Брежневу сначала прошел конкурс сил ВМФ СССР, — с улыбкой вспоминает Владимир Петрович, — и когда был признан лучшим, его от подводников 19 декабря 1976 года вручили генсеку в Кремле. Это сувенирный комплекс из полудрагоценных камней и бронзы с миниатюрной копией подводного атомохода на фоне знамен ВМФ и Советского Союза. Ну, и профиль Ленина – само собой. После торжеств в Москве меня за работу наградили дефицитным портфелем из крокодиловой кожи. По тем временам он стоил 36 рублей.
Уже в бытность Гурова главным моделистом ВМФ СССР ему довелось создавать корабли для особо важных персон. Его модели в качестве сувениров от советских моряков увозили с собой из Москвы Фидель Кастро и его брат Рауль, главы компартий социалистических стран и стран третьего мира, а также друг Леонида Ильича – премьер-министр Греции Андреас Папандреу.
По крейсеру от Гурова в 1989 году получили на Мальте главы советской и американской делегаций.
— Это довольно-таки сложные сувениры моей проработки, — не без гордости отмечает мастер. – Минидиарама севастопольской бухты с Константиновским фортом и Памятником затопленным кораблям выполнена из апсидиана с бронзовыми элементами. А в композиции с ней макет крейсера «Слава» в масштабе 1:400 – из слоновой кости и зуба кашалота.
Михаилу Горбачеву тогда сувенир моряки вручили сразу после окончания переговоров с Президентом США. А вот Джорджу Бушу лично не успели. Он спешно уехал в аэропорт, прихватив на память флаги СССР и США, под которыми проходила встреча. И наши передали гуровский сувенир командующему 6-м американским флотом вице-адмиралу Т.Д. Вильямсу с просьбой при случае доставить его в Белый дом.

Субмарины в «Черном океане»

Знакомство Владимира Петровича с кинематографистами состоялось в 1987 году. Руководство съемочной группы 4-серийного телефильма «Зона вне критики» обратилось за помощью к главному моделисту ВМФ СССР: «Хотим эффектно снять погружение подводной лодки, чтоб перископ был и ракетные стрельбы, но что-то с реальным кораблем ничего у нас не получается».
— Еще бы, — поясняет Гуров, — при высоте корпуса реальной субмарины до 12 м и длине до 150 м в кадре – как бы не изощрялись операторы — зрители ничего кроме сплошной черной стены и винта не увидят. Ведь прозрачность моря от силы метров 40. Пришлось оказать им техническую поддержку.
На съемки Владимир Гуров привез 80-килограммовую модель подводного ракетного крейсера К-477. В конце 60-х он сам на таком же служил – на Камчатке. Поэтому копию сделал с особой тщательностью – до мельчайших нюансов. Модель выполняет около 40 команд.
— Моя лодка маневрировала на глубине 5 метров, — с гордостью рассказывает моделист-конструктор, — потом выходила курсом на подводного оператора, а уже перед объективом по моей команде открывались крышки четырех шахт и залпом вылетали баллистические ракеты.
И когда фильм вышел на экраны – компьютерной графики у нас еще в помине не было – даже флотские специалисты не догадались, что в кадре впечатляющий ракетный залп произвела радиоуправляемая модель.
Через десять лет кинематографисты задачу для Гурова усложнили. На съемках фильма «Черный океан» с Андреем Ростоцким и Львом Прыгуновым в главных ролях та же модель К-477 уже работала на глубине 12,5 метров. По сценарию подводникам пришлось спасать мир от глобальной катастрофы. Владимир Александрович повел «потешную» субмарину к кратеру подводного вулкана, чтобы уничтожить новое термоядерное оружие.
— На такой глубине лодка в общей сложности отработала 53 минуты, — докладывает главком. — Помимо подводного маневрирования опять же пришлось продемонстрировать имитацию стрельбы баллистическими ракетами. Эта модель до сих пор на ходу – надо только подкрасить ее слегка и дополнить мелкие детали, которые отлетели в море.

Владимир Гуров родился в Березняках Пермской обл. в 1947 г.

Срочную службу в 1965-1967 гг проходил в авиации, работал с реактивными самолетами. Авиамеханик 1 класса. Овладел профессиями – токаря, фрезеровщика, лудильщика, газо- и электросварщика.
С 1968 г. – курсант Ленинградского высшего военно-морского училища подводного плавания им. Ленинского комсомола. По окончании получил распределение на Тихоокеанский флот – служил на подводном атомоходе К-477. В 1978 г. переведен в Севастополь – в ракетные части КЧФ.
С 1986 г. на преподавательской работе в СВВМИУ.
Заслуженный рационализатор СССР.
Мастер спорта по судомоделизму. 5-кратный чемпион ВМФ, трехкратный призер чемпионатов СССР.
Его сын Дмитрий – тоже морской офицер, служит на Балтийском флоте.

Интересное по теме

Подзаголовок по теме